Черепах Черепан (Доктор Сусс)

На дальнем острове Саламазан
Жил правитель пруда Черепах Черепан.
Прудик был чистый, теплый, опрятный.
В нем было, что съесть. Он был очень приятный.
Все, чего черепахи могли пожелать,
У них было. Им жить бы да поживать,
И они поживали прекрасно… Но тут
Королю Черепану стал тесен пруд.
“Все, что вижу – мое!” – он сказал. “Только вот
Вижу я мало. А так не пойдет.
Я на тронный камень сажусь, и тогда
Мне дальше пруда ничего не видать.
Это очень, очень низенький трон!
Вот бы сделать повыше!” – нахмурился он.
“Трон стал бы высок, я стал бы велик!
Все, что вижу – мое! Я владыка владык!”
Черепах Черепан свою лапу поднял,
Черепах Черепан свой приказ отдал:
Девяти черепахам к камню подплыть,
Чтоб самим из себя новый трон сложить.
И они друг на дружке вдевятером
Возвели девятичерепаховый трон.
Тут на кучу малу Черепан залез:
Что за виды! Почти что на милю окрест!
“Все мое!”- закричал Черепан, – “Погляди-ка!
Я владыка коровы, и мула владыка,
И дома владыка, а дальше вон там
Владыка куста и владыка кота!
У меня, Черепана, особая стать!
Владею я всем, что отсюда видать!”
До полудня он там наверху сидел
И твердил: “Я наделал великих дел!”
И тут кто-то тихо внизу запыхтел.
Черепан глянул вниз, рявкнул: “Что за вяк?”
Там ниже всех черепашонок Мак,
Просто винтик в троне, свой рот открыл
И сказал: “Простите, будьте добры!
У меня ноют плечи, колени, спина.
Как долго под Вами стоять еще нам?”
Черепан заревел: “Замолчи, сопляк!
Я тут правитель, а ты — просто Мак!
Я правлю сижу, а ты молча сиди-ка!
Я владыка коровы и мула владыка!
Я дома владыка, куста и кота!
Но это не все! У меня есть мечта!
Станет трон мой совсем высок и почётен!
Черепахи, ко мне! Еще парочка сотен!
Черепах! Черепах мне!” — он выл и орал,
И так целый пруд черепах напугал.
Черепахи дрожали, тряслись, но ползли,
Послушно десятками, семьями шли,
И с окраин пруда своих братьев вели,
А потом по одной взгромоздились, по две,
У бедного Мака на голове.
Черепах Черепан так воссел высоко,
Что все миль за сорок увидел кругом!
Завопил он: “Ура! Я владыка лесов!
Владыка я пчелок! Владыка птенцов!
Я бабочек царь и король облаков!
Вот так трон! Дивный стул! Ну, а я-то каков!
Я Черепан! О, я создан блистать!
Владею я всем, что отсюда видать”.
Но тут из-под кучи тяжелых тел
Мак-черепашонок опять закряхтел.
“Ваше Величество… Плакаться грех,
Но у нас тут внизу все болит у всех!
Хоть Вам там все видно и Вы нам глава,
У нас внизу тоже должны быть права.
Трещат наши панцири, сил нет терпеть!
Так с голоду можно совсем умереть!”
Но царь Черепан возопил: “Рот закрыть!
С высоким начальством не сметь говорить!
Я правлю тут свыше! Морями! Землей!
Вы все подо мной, НИЧЕГО надо мной!”
Однако, пока он орал, как дурной,
Он заметил: вверху в темноте ночной
Всходила луна над его головой.
“Чего это? Что”,– зафырчал Черепах, –
“Нахально висит надо мной в небесах?!
Я выше могу! Не стерплю я такое!
Я трон еще выше возьму и построю!
Наберу черепах, чтоб до самой луны!
Примерно пять тысяч шестьсот семь нужны”.
Но, едва Черепан успел лапу поднять,
Чтоб сделать приказ и команду отдать,
На самом дне черепашонок Мак,
Хоть был он никто, его звали никак,
Подумал, что хватит. Ему хватило.
Его все немножко уже рассердило.
Он был прост, и решил поступить просто он.
Он рыгнул!
И затрясся владыческий трон!
Черепах Черепан, владыка лесов,
Владыка пчелок, птенцов, облаков,
Владыка мулов, домов и овец…
Ну, в общем, пришел его царству конец!
Великий царь Саламазанский тут
Свалился с трона и плюх! Прямо в пруд.
Теперь Черепан, царь, владыка и князь,
Владеет лишь грязью и видит лишь грязь.
Черепахи на воле теперь, как положено
Всем черепахам, и прочим всем тоже.

Advertisements

Яйцо

Сначала все как яйцо или как казино
Как влюбленность: полным-полно, ни окон, ни часов
Как глазное морское дно: глубоко и темно
Как влюбленность: глаз бирюзов, горизонт бирюзов
Побежишь до края дна, где песок высок
Как влюбленность: бежишь, визжишь, бьет прибой белков
Ты такой же важный, как лайм или стрептококк
Так же полон и не круглей других дураков
Побежишь на пляж, заиграешься там в бадминтон
Подойдет вода и прибой наплюет в глаза
Подойдет опять, ты полон влюблен ослеплен
Ослепителен как холодильник “Бирюса”
Сколько пену с воды не снимай, все Божья роса
Не охватишь глазом с краем оно или без
Непонятно, есть ли тот край или там коса
А этот край или мыс, он-то точно есть
Галька глазками блещет: ей сохнуть, что смысл терять
Что белок, что ирис: сохнет — теряет смысл
Заиграешься там, а вода подойдет опять
Заберешься на гору, а воды опять поднялись
Ты стоишь на последней горе, да и хрен с горы
На все триста шестьдесят — без края окно
И все то же лицо, что снесло яйцо на обрыв
Так же сносит песок, белок, детей, казино
Ни белка, ни черта, и горница их пуста
И сверкает все то, что блестит, ровно точно так
А тебе ДНКу наизнанку свернуть в окне
И искать внесознанку где можно прилечь вовне

A Delirious Mini-Play upon Travelodge and 2018 ALTA Conference

Tired Cultured Lady (exophonically, formally-versally, theatrically): A myth! It’s been revealed to her what part she got when she was born! A truth! For when we’re born, we’re handed scripts for parts we are to play! Forsooth! For real, it is foregone she’d be forsaken and forlorn! A play! Her part in life would be The One Who Got Away!
Travelodge Owner (silently, smokily): I stole your thermos from your room. Your room! You only call it that. A myth! Forsooth! It is my room! My paranoia will be yours. A truth! I wear sunshades inside, for I am dangerous like that! I stole your thermos, Cultured Lady! Prove it now! Up yours.
Tired Cultured Lady (approachingly): Oh yes! It thickens: she will not be cursed to be alone for life! A twist! She can have husbands if they do not love her in the least! A play! I’ll write a classic play about her plight, about her strife! Forsooth! I’ll speak a mighty truth! (SEES TRAVELODGE OWNER) That thermos’s MINE, YOU BEAST!