Черепах Черепан (Доктор Сусс)

На дальнем острове Саламазан
Жил царь пруда Черепах Черепан.
Прудик был тепленький, чистый, опрятный,
Набитый едой и довольно приятный.
Черепахи любили в нем плавать, жевать,
Хорошо поживать да добра наживать.
Вот они поживают себе — и тут
Черепану становится тесен пруд!
“Все, что вижу — мое!” – говорит. “Только вот
Маловато я вижу. А так не пойдет!
Я на тронном камне сижу когда,
Ничего и не вижу, окроме пруда.
Какой нехороший низенький трон!
Надо сделать повыше!” — нахмурился он.
“Трон будет высок! Я же буду велик!
Что увижу — мое! Я владыка владык!”
И тут Черепан свою лапу поднял,
И тут Черепан приказ отдал:
Девяти черепахам к камню подплыть
И самим из себя новый трон сложить.
Вот они друг на дружке вдевятером
Возвели девятичерепаховый трон.
На кучу малу Черепан залез:
Открываются виды! На милю окрест!
“Все мое!”– заорал Черепан, — “Погляди-ка!
Я владыка коровы, и мула владыка.
Я и дома владыка, а вон там
Я отец кустам и начальник котам!
У нас, Черепанов, особая стать!
Володею я всем, что отсюда видать!”
До полудня он там на верхушке сидел
И зудел: “Я наделал великих дел!”
Но вдруг кто-то тихо внизу запыхтел.
Черепан заворчал: “Это что там за вяк?”
Внизу черепашка по имени Мак,  Простой тронный винтик в подножье горы,
Ответил: “Простите нас, будьте добры!
Спина так болит, что ни в сказке сказать.
Вы когда собираетесь с нас слезать?”
Черепан заревел: “Замолчи, сопляк!
Я правитель, а ты — просто мелкий Мак!
Я правлю сижу! А ты молча сиди-ка!
Я владыка коровы и мула владыка!
Я дома владыка, куста и кота.
А к тому же теперь у меня есть мечта!
Да будет мой трон и высок, и почётен!
Подать черепах! Еще парочку сотен!
Вперед, черепахи!” — он выл и орал,
И тем полный пруд черепах напугал.
Черепахи дрожали, тряслись, но ползли,
Послушно десятками, семьями шли,
И с окраин пруда своих братьев вели,
Вот они взгромоздились, по три да по две,
У бедного Мака на голове.
Черепах Черепан на них гордо воссел,
На сорок миль все кругом обозрел
И в востоге завыл: “Я владыка лесов!
Владыка я пчелок! Владыка птенцов!
Я царь мотыльков и король облаков!
Ай да трон! Чудо-стул! Ну, а я-то каков!
Ай да я, Черепан! Ах, я создан блистать!
Володею я всем, что отсюда видать”.
Но тут из-под кучи тяжелых тел
Черепашка Мак опять прокряхтел:
“Ваше Величество… Плакаться грех,
Но у нас тут внизу все болит тут у всех!
Вам сверху виднее и Вы нам глава,
Но у нас внизу тоже должны быть права.
Трещат наши кости, нет мочи терпеть!
Тут с голоду можно совсем умереть!”
Черепан завопил: “Молчать! Рот закрыть!
С высоким начальством не сметь говорить!
Я правлю свыше! Морями! Землей!
Вы все подо мной. НИЧЕГО надо мной!”
И пока он сидел и орал, как дурной,
В это время вверху в темноте ночной
Всходила луна над его головой.
“Чего это? Что — зашипел Черепах, –
“Нахально висит надо мной в небесах?!
Да как оно смеет творить тут такое?
Я трон еще выше возьму да построю!
Наберу черепах вдоль до самой луны!
Где-то пять тысяч семьсот мне нужны”.
Не успел Черепан ни лапу поднять,
Ни рот раскрыть, ни приказ отдать,
Как в самом низу черепашка Мак,
Хоть был он никто и звали никак,
Подумал, что хватит. Ему хватило.
Его это все слегка рассердило.
Мак по-простому плечами пожал
И громко рыгнул!
Тут трон задрожал,
А Черепан, владыка лесов,
Владыка пчелок, птенцов, облаков,
Владыка мулов, домов и овец…
Ну, в общем, пришел его царству конец!
Великий Саламазанский царек
Плюхнулся в пруд и изрядно намок.
Теперь Черепан, владыка и князь,
Володеет грязью и видит лишь грязь,
Черепахи же ходят при всех правах, Важных для черепах и  для нечерепах.